Глазьев Сергей Юрьевич дал комментарий о «Двух сессиях» в Китае

Вопросы:

1. В Китае с 4 – 10 марта завершилась работа 4 сессии 13 созыва Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП), высшего законодательного органа страны, и Всекитайского комитета Народного политического консультативного совета Китая (ВК НПКСК), совещательного органа при руководстве КНР. На «двух сессиях» в этом году «бинарный цикл» в очередной раз оказался в фокусе внимания. Как вы оцениваете суть этой концепции и ее значение мировой экономики ? Каким вы видите будущее торговое сотрудничество между Китаем и Россией по схеме «Бинарного цикла»?

Ещё в 2008 году, когда разразился мировой финансовый кризис, Китай совершил очень серьезные структурные манёвр, в сторону опережающего развития внутреннего рынка. Это политика себя полностью оправдала, поскольку после 2008 года, мир погрузился в дорогой финансовый рынок, погрузился в состояние турбулентности, и международная торговля вошла в период нестабильности. Ставка на развитие внутренней экономики, внутреннего рынка Китая, дала возможности сохранить высокие темпы роста, несмотря на плохую и неопределенную внешнеэкономическую конъюнктуру. То, что сегодня это направление поддерживается, я считаю, что это дальновидная и разумная политика. Вопрос остается в том, как нам рассматривать экономическое пространство вокруг Китая, которое связано, допустим отношением к преференциальной торговли.

Например, всеобъемлющее региональное партнерство договора, который был подписан в декабре прошлого года. Означает ли это, что внутренние контуры воспроизводства китайской экономики будут также охватывать и страны-партнеры по всестороннему региональному партнерству инициативы «Один пояс и один путь»? Вопрос пока остается за рамками обсуждения. Но понятие «бинарного цикла» — это некий символ, потому что в Китае выделяется равное внимание, как развитию внутреннему рынку, так и рынку регионов, стараясь выровнять уровень развития регионов по стране, так и внешнему рынку, реализуя политику открытости и многостороннего экономического сотрудничества. То есть в моем понимании – это переход к новому этапу равной приоритетности внутреннего экономического развития и внешнеэкономической деятельность.

2. Существует беспокойство за то, продолжит ли КНР придерживаться политики открытости, способно ли формирование мощного внутреннего рынка сократить пространство для иностранных инвестиций. Как вы относитесь к этому мнению?

Если говорить о торгово-экономическом сотрудничестве между Китаем и Россией, то скажем и со стороны России и Государства Евразийского экономического союза, то мы работаем с Китаем в рамках режима наибольшего благоприятствования. У нас предприятия, которые сотрудничая с Китаем, они работают как на внутренний рынок, так и внешнюю торговлю с Китаем, которая является таким локомотивом его экономического роста. В мире приходится все больше и больше российского товарооборота, товарооборота государств Евразийского экономического союза. Поэтому это сотрудничество мы видим, как очень перспективное, в рамках внешней торговли, так и совместных инвестиций, в том числе на территории Китая. Здесь мы не видим принципиального различия между внешним и внутренним контуром китайской экономики. Хотелось бы, чтобы наше сотрудничество было более эффективным, было больше инвестиционных проектов, технологических альянсов. Необходимо стремиться к тому, чтобы наши экономики России и Китая, были более интегрированными и более связанными. В целом динамика торгово-экономических отношений складывается благоприятно, несмотря на пандемические проблемы, падение было не столь большим, как с Европой. Мы рассчитываем на быстрое восстановление товарооборота в этом году. Я не вижу никакого беспокойства, потому что, как мне представляется эти символические координаты, когда Китай до 2008 года развивался за счет экспорта – это был первый этап. Главным символом этого этапа была политика реформ и открытости. Второй этап, начиная с 2008 года переход на развитие внутреннего рынка и его приоритет. А вот сейчас третий этап бинарного цикла, который как мне представляется, констатирует, что и внутренний экономика и внешне-экономическая сфера для Китая, равна и приоритетна. Китайское руководство совершенно четко и ясно сказало, что оно и дальше будет придерживаться политики реформ и открытости, продолжать реализацию инициативы «Один пояс и один путь», здесь я никакого беспокойства не ощущаю.

3. Как говорится в докладе на сессии ВСНП Премьера Госсовета КНР Ли Кэцяна, — «Китай – единственная страна с положительным экономическим ростом среди основных экономик мира». В правительственном докладе премьер-министра Ли Кэцяна были подведены итоги развития всех аспектов экономики Китая за 2020 году и сформулированы цели на 2021 год. Что вы особенно выделяете в докладе? Какие изменения в Китае вас больше всего интересуют?

Доклад премьер-министра Ли Кэцяна произвел большое впечатление на российских экспертов. Мы просто восторгаемся способностью Китая к стратегическому планированию. Те цели, которые были сформулированы на 2021 год, а в части экономического роста не менее 6%, и в части повышения благосостояния людей, улучшения среды обитания, я уверен, что они будут реализованы. Самое главное, что это первый год 14-й пятилетки, в результате которой, как мы понимаем, Китая усилит свой научно — технический потенциал и формирование мощной научно- технической политики, будет главным драйвером экономического развития Китая.

Стратегия на инновационное развитие, на увеличение мощи и оптимизации научно-технического потенциала, на мой взгляд, это наиболее впечатляющий момент в докладе премьер-министра Китая Ли Кэцяна.

4. Создание «нового двигателя» развития Китая — один из главных моментов двух китайских сессий в этом году. Какие новые движущие силы будут способствовать экономическому росту Китая?

«Новый двигатель» может быть только один – инновационное развитие, научно — технический прогресс. Сегодня, все страны мира, на 90 процентов развиваются за счет новых технологий.

Китай достаточно болезненно ощутил сохраняющуюся зависимость от США, в которую входит санкции против Китая, торговой войны, развернутой Америкой вопреки норм Всемирной торговой организации /ВТО/, после которой мы знаем, пострадали ряд китайских высокотехнологических компаний. То, что Китай делает ставку на самодостаточность, в области научно-технического развития, и будет в 14- й пятилетки пытаться решить эту задачу, задачу самодостаточности в научно-технической сфере. Я думаю это очень принципиально важный момент, и я думаю, что эта цель будет достигнута.

5. Не так давно Международный валютный фонд опубликовал прогноз, согласно которому в 2021 году экономика Китая вырастет на 8 %. Многие полагают, что Китай будет двигателем в процессе восстановления всей мировой экономики. Как вы относитесь к этому вопросу? В каких областях, по вашему мнению, Китай может стимулировать мировую экономику?

Рост на 8% как мне кажется вполне реалистичный прогноз, он даже выше чем собственно китайские проектировки. Валютный фонд исходит из того, что Китай возвращается на траекторию опережающего экономического развития, где темпы были как раз около 8% в год Китай. То, что Китай будет двигателем в процессе восстановления мировой экономики – это совершенно очевидно. Практически во всех областях, связанных с переработкой, с обрабатывающей промышленностью, с развитием инфраструктуры в евразийском регионе и в области современных информационных технологий и наукоемком экспорте. Китай будет лидировать и естественно стимулировать развитие всего Евразийского региона в мировой экономике.

6. 2020 и 2021 это годы российско-китайского научно-технического и инновационного сотрудничества. В правительственном докладе премьер-министра Ли Кэцяна также представлены направления и цели развития Китая в области науки и технологий. Каковы ваши ожидания от сотрудничества обеих сторон в научно-технической и инновационной сфере? Что вы думаете о научно-технической конкуренции в современном международном сообществе?

То, что научно – техническое сотрудничество является краеугольным камнем современного развития экономических связей между ведущими государствами

мира — это очевидно. Сейчас в мире больше половины торговли в основном – это кооперационные связи между предприятиями. В условиях, когда научно-технический прогресс стал главным фактором экономического развития, мы наблюдаем за формированием технологических альянсов между ведущими компаниями мира. Нам, конечно, очень важно, чтобы в наших отношениях формировалось производство в научно-технической сфере, чтобы мы не ограничивались купли-продажи наукоемких изделий, но и реализовывали совместные предприятия, совершали совместные инвестиции, создавали общие программы и инновационные проекты развития. Здесь очень важны технологические альянсы, союзы, а для этого необходима высокая степень доверия, которая у нас есть во взаимоотношениях политического руководства. Важно, чтобы и в инженерно-технической среде наши специалисты и предприятия больше друг с другом сотрудничали, больше взаимодействовали, набирали опыт совместной работы. Я думаю, что это будет происходить не быстро, но то, что 2021 год – объявлен годом научно-технического и инновационного сотрудничества, будет несомненно этот процесс подстегивать.

7. В 2020 году объем двусторонней торговли между Китаем и Россией снизился на 2,9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, вместе с тем третий год подряд он превысил отметку в 100 миллиардов долларов США (107,77 миллиардов долларов США).

Для России Китай превратился в крупнейший рынок экспорта сельскохозяйственных продуктов и мяса. В системе китайского экспорта в Россию основную долю занимают продажи электронной продукции: так, смартфоны китайских брендов лидируют на российском рынке. Какой у вас прогноз касательно тенденций двусторонней торговли между Китаем и Россией в 2021 году? Какие сферы торговли могут стать ярким направлением к росту в двусторонней российско- китайской торговле?

Снижение товарооборота в прошедшем году у России с Китаем была меньше, чем с другими странами, но мы оптимистично смотрим на восстановление позитивной динамики и рассчитываем, что она будет устойчивой и высокой по темпам роста, опережающей общий темп экономического роста России. Конечно, растет экспорт сельскохозяйственной продукции, китайский рынок необъятен и российский сельскохозяйственный потенциал может и дальше обеспечивать расширение экспорта продовольственных товаров в Китае. Мы сегодня вышли на самодостаточность по многим позициям сельскохозяйственного производства, есть избыток сахара в производство, есть возможность наращивать экспорт птицы и свинины. Возможности здесь не безграничны, поэтому нам необходимо думать о наращивании сотрудничества в высокотехнологических сферах.

Традиционно Россия поставляет в Китай такие высокотехнологические товары, как военную технику, продукцию атомного машиностроения, летательные аппараты и необходимо наращивать это сотрудничество в сфере гражданской продукции. Реализуется проект создания совместного самолета – это был бы мощнейший двигатель нашего сотрудничества, если бы удалось

организовать производство, я думаю, что это получится успешный проект с организацией производства в Китае, с поставками российских двигателей и комплектующих — это будет мощный локомотив развития нашей взаимной торговли. В области информационных технологий – большие перспективы. Причем многие китайские корпорации используют российские научно технические разработки. Сектор нового технологического уклада – авиационная промышленность, атомная промышленность, информационные технологии, нано-технологии, биоинженерных производства в том числе вакцин и лекарств — это такие наиболее перспективные направления развития взаимной торговли.

8. Анализируя и подводя итоги «двух сессий» в Китае, выскажите свое мнение о важности подобных собраний , как «две сессии» для всего мирового сообщества.

Могу сказать, что я, например, гораздо с большим интересом следил за работой пленум ЦК КПК, где обсуждались директивы 14 –й пятилетки, чем за избирательной кампания в США. Для мира принятие китайского 14 пятилетнего плана имеет намного большее значения, чем смена Американской администрации. Я могу только сожалеть, что для российской публики, так же как и для, наверное, аудитории в Европе, пока внимание на значение событий происходящих в Китае, не совсем адекватно той роли, которую Китая играет в современном мире. А средства массовой информации нужно поработать для того, чтобы российская аудитория и евразийская аудитория, шире и больше знала и ощущала те перемены, которые происходят в Китае и которые имеют глобальное значение.

Юдочкина Наталья

Россия-Китай: главное